НАСЛЕДНИЦА РИМСКОЙ ИМПЕРИИ

Рождение византийской цивилизации историки связывают с основанием главного ее города - Константинополя. Еще в 324 г. н. э. император Константин I (правил с 306 по 337 г.) выбрал новое место для столицы - на территории древнего греческого города-колонии Византии, расположенного на берегу Босфора. 11 мая 330 г. город, названный в честь его основателя Константинополем, был официально провозглашен столицей Римской империи. Но история Византии как самостоятельного государства начинается позже - с 395 г., когда Римская империя распалась на Восточную и Западную части. В 476 г. Западная Римская империя пала под ударами врагов, и Одоакр, предводитель варваров-наемников, сместил последнего западноримского императора Ромула Августула, а знаки императорского достоинства отослал в Константинополь. С этого момента Византия стала преемницей Римской империи.

В сознании византийцев идея преемства была очень важна: свою империю они именовали "Ромейским царством", т. е. Римской империей, Константинополь - "Новым Римом", а византийского императора считали единственным законным наследником римских цезарей. (Название "Византия" появилось только в эпоху Возрождения, придумали его итальянские ученые.)

"Новый Рим" был расположен очень удачно: острый мыс, где был заложен город, с одной стороны омывался водами Мраморного моря, а с другой - извилистым заливом Золотой Рог. Залив был удобной естественной гаванью: казалось, сама природа сделала все возможное, чтобы это место превратилось в крупнейший порт. Здесь пересекались главные торговые пути между странами Востока и Запада. Константинополь был и важнейшим военно-стратегическим пунктом, который обеспечивал Византии господство над проливами.

Расположение Константинополя на перекрестке между Востоком и Западом может служить символом всей истории Византии - цивилизации, чья история всегда была связана с этими двумя столь различными мирами.

Уже к концу IV в. он превратился в крупный торгово-ремесленный центр - византийцы называли его "мастерской великолепия", "мастерской вселенной" , - который манил к себе купцов из самых разных стран. Постоянно росло его значение как культурного центра и центра религиозной жизни. Город роскошно отстраивался и рос: к началу V в. в Константинополе было уже 150 тыс. жителей, а в первой половине VI в. - 375 тыс., столько же, сколько и в самом Риме.

Константинополь для византийцев всегда был олицетворением их империи, ее мощи и красоты. Вместе с падением столицы в 1453 г. закончилась жизнь византийской цивилизации.

Цивилизационное пространство империи

В первые века своего существования Византия располагала огромными территориями (около 750 млн. кв. км.). Они охватывали Малую Азию, Балканский полуостров, часть Месопотамии и Армении, Сирию, Палестину, Египет, острова Крит и Кипр, Херсонес в Причерноморье и Лазику на Кавказе, некоторые области Аравии, острова Восточного Средиземноморья.

Через Византию пролегали важнейшие торговые пути: знаменитый "шелковый путь" в Китай, "путь благовоний" - через Аравию к портам Красного моря, Персидскому заливу и Индийскому океану.

Экономическое развитие областей, входивших в Византию, было неодинаковым. Греция, например, уже давно переживала экономический упадок. Главными житницами империи были Фракия (провинция Византии на Балканах) и Египет, который называли "хлебной кладовой". Славой Египта был город Александрия - не только культурный центр, но и центр ремесленный. В Малой Азии было высоко развито виноградарство, садоводство и скотоводство. В малоазийских, палестинских и сирийских городах издавна процветали различные ремесла (производство кожи, шерстяных тканей, металлических изделий). В общем, Византия в достаточной степени была обеспечена сырьем, продуктами сельского хозяйства и полезными ископаемыми. Внутренняя хозяйственная жизнь империи была относительно устойчива в отличие, скажем, от Западной Европы. И не случайно европейцы долгое время описывали Византию как сказочно богатую страну.

В наследство от Рима Византия получила не только множество экономически процветающих областей. Не менее важным было и обилие культурных центров: ведь империя ромеев включала в себя территории некогда могущественных цивилизаций. В IV-VI вв. крупнейшими городами империи были Александрия, Антиохия (в Сирии), Эдеса (в Месопотамии), Тир и Бейрут (в Финикии), Эфес, Смирна, Никея (в Малой Азии), Фессалоники и Коринф - в европейской части.

Большое значение для развития культуры и экономики имело и то, что большинство этих областей в прошлом входили в состав эллинистических монархий, а потом были объединены под властью Рима.

Население империи было пестрым в национальном отношении. По подсчетам историков, его численность достигала 30-35 млн. человек. Среди них были сирийцы, евреи, армяне, грузины, копты, жившие в Египте, греки - они составляли его большую часть. Римляне были относительно немногочисленны, хотя именно латинский язык долгое время оставался государственным. Только в VII в. его сменил греческий.

Официально в Византии насаждалась и развивалась прежде всего культура, связанная с традициями античного мира. Но одновременно впитывались и традиции восточных цивилизаций, и это, естественно, многое определило в судьбе Византии.

Византия и окружающий мир

В то время, когда Рим и другие античные города лежали в развалинах, Византия переживала свой расцвет. Конечно, волны варварских нашествий коснулись и Византии. Она не раз подвергалась нападениям готов. В V-VI вв. в пределы империи стали вторгаться славянские племена, доходя порой до предместий Константинополя. Однако политическая целостность империи была сохранена. Славяне создавали на территории Византии свои поселения и вскоре составляли уже значительную часть населения Балканского полуострова. Только в VII в. образовалось первое славянское государство - I Болгарское царство, которое стало сильным врагом империи, хотя просуществовало недолго - до начала XI в. Таким образом, Византия страдала от варварских нападений, но понесенный ею урон не шел ни в какое сравнение с потерями, пережитыми на Западе.

Впрочем, кроме варваров у Византии были и другие, не менее грозные соседи. На Востоке главным противником империи был могущественный Иран, который выдвигал территориальные претензии и боролся с Византией за торговые пути, за право первенствовать в посреднической торговле. В VI в. империя ромеев была втянута в длительную кровопролитную войну. В VII в., когда ослабевший Иран перестал представлять угрозу, ему на смену пришел значительно более серьезный враг: арабские племена, к тому времени создавшие свою государственность и объединенные новой религией - мусульманством. В течение буквально нескольких лет арабы захватили богатые земли Сирии и Палестины, а потом присоединили к своей державе и Северную Африку.

VII век был трагическим в истории Византии; удары наносились и славянами - с севера, и арабами с востока. В это время территория империи сократилась втрое.

С IX в. Византия восстанавливается как сильная централизованная империя и остается ею вплоть до того времени, когда начинается закат этой цивилизации, захваченной сначала крестоносцами, а потом турками-османами.

Итак, международное положение империи на протяжении всей истории было достаточно сложным: в глазах многих государств, в том числе и западноевропейских, Византия была богатой добычей. Однако это не означает, что и сама Византия не стремилась расширить свои владения. От Рима империя унаследовала идею избранности, права на власть над всеми обитаемыми землями. В первые века своего существования Византия вела войны, стремясь вернуть захваченные германскими племенами части бывшей Римской империи. В VI в. ей удалось одержать ряд побед над вандалами в Северной Африке и готами в Италии и Испании. Но это был временный успех: втянутая в другие войны, Византия не смогла удержать свои новые владения, мечта о восстановлении прежней Римской империи не сбылась.

Византия была преемственной цивилизацией по отношению к Римской империи. В то же время она находилась под влиянием традиций восточных цивилизаций, которые утратили политическую самостоятельность, вошли в состав империи ромеев, но сохранили многие особенности своей культуры. Положение Византии между Востоком и Западом проявилось в ее своеобразном историческом развитии.

ОСОБЕННОСТИ ФЕОДАЛИЗМА В ВИЗАНТИИ

Как и Западная Европа, Византия пережила большие изменения в сфере социально-экономических отношений. В начале своей истории Византия оставалась еще наполовину рабовладельческой страной. Свое существование она закончила на этапе, когда окончательно победили феодальные отношения. Но феодализм в Византии имел свои особенности, отличавшие его от Западной Европы и от стран Востока. Причиной тому были и внешние обстоятельства ее истории, и своеобразие византийской цивилизации в целом.

Византия и варвары

Как мы помним, завоевания варваров- германских племен имели для истории Западной Европы не только отрицательные результаты. Варвары, находившиеся на уровне первобытнообщинных отношений и ранней государственности, ускорили разложение старых рабовладельческих порядков и способствовали развитию новых - феодальных.

В Византии, сохранившей свою государственность и избежавшей в первые века своей истории сильного влияния варваров, переход к феодализму совершался гораздо медленнее. В основном это был долгий процесс изживания рабовладения внутри самого византийского общества и такой же сложный процесс рождения новых отношений в рамках старой системы.

В IV-VI вв. рабство в Византии было еще широко распространено. Рабы трудились в поместьях землевладельцев, в ремесленных мастерских - и частных, и государственных. Правда, формы их эксплуатации чаще всего были модернизированными, а потому достаточно эффективными: как правило, рабов сажали на землю, давали им возможность иметь семью и вести собственное хозяйство. Увеличивалось число рабов, которых отпускали на волю. Но тем не менее рабство продолжало существовать, играло большую роль в экономике и изживалось в отличие от Западной Европы очень медленно.

Синтезное развитие феодализма развернулось в Византии лишь в VII-IX вв., и основную роль здесь сыграли славянские племена. В трагическую эпоху арабских завоеваний территория Византии резко сократилась. Главными экономическими районами стали Малая Азия и Балканы - территория, где активно расселялись славяне. За счет них увеличивалось число свободных крестьян, усиливались сельские общины - в VII-IX вв. именно они и стали основной ячейкой хозяйственной жизни Византии. Труд рабов и колонов постепенно сменялся трудом разорявшихся, попадавших в зависимость крестьян.

Славянские племена ускорили переход к феодализму, но все-таки влияние варваров было не настолько сильным, чтобы нанести сокрушительный удар по старому обществу. Традиции античности поэтому оказались более устойчивыми по сравнению с Западом и уходили в прошлое с трудом.

Византийское государство и феодализм

Только в X-XII вв. феодализм в Византии стал развиваться в ускоренном темпе. В эту эпоху складывалась крупная феодальная собственность. Но феодал византийский еще сильно отличался от феодала западноевропейского. Он не был полным хозяином в своем поместье. Государство контролировало количество земли, которой владел феодал, и числом зависимых крестьян, имело право конфисковать землю и регулировать размеры налогов. Кроме того, феодалы в Византии не могли осуществлять высший суд над своими крестьянами. Одним словом, государство держало владения феодала под своим надзором.

Само государство было собственником огромных земель, разбросанных по всей территории империи, на которых трудились "государственные" крестьяне-налогоплательщики. Поэтому крупная феодальная собственность распространялась в Византии гораздо медленнее, чем в Западной Европе, а феодалы были во многом зависимы от государственной власти.

Ситуация изменилась лишь в XIII-XV вв., т. е. в последний период жизни Византии. После 1204 г., когда Константинополь был захвачен крестоносцами, империя распалась на части, мощь государства была подорвана. Именно в то время феодалы стали освобождаться из-под его опеки. В Византии складывается феодальная вотчина, близкая западноевропейской. И хотя во второй половине ХIII в. единство империи было восстановлено и Константинополь снова стал ее столицей, государственная власть уже была не в состоянии справиться с резко возросшей силой феодальной аристократии. В XIV-XV вв. Византия все больше дробилась на уделы, функции государственной власти на местах переходили к феодалам. В сущности, Византия вступила в эпоху феодальной раздробленности. Но даже в этот период центральная власть не потеряла полностью своих позиций. Крестьянство, не только государственное, но и зависимое от феодалов, продолжало платить налоги казне. Доходы государства хотя и уменьшились, но все-таки создавали для него экономическую базу. Практически постоянная, незатихающая военная опасность тоже помогала сохранению централизованной государственности.

Трудно сказать, как сложилась бы дальше судьба феодализма в Византии, если бы не гибель этой цивилизации. Но на протяжении нескольких веков развития в нем соединялись элементы восточного "государственного" феодализма и западноевропейского. С Востоком Византию сближала сильная централизованная власть, которая сдерживала рост частного крупного землевладения, ограничивала автономность феодальных поместий. И все-таки феодализм в Византии не был полностью "государственным". И это естественно: ведь империя ромеев унаследовала и сохранила римское право, которое узаконивало частную собственность на землю. Чем больше слабела централизованная власть, тем сильнее проявлялось сходство византийского феодализма с западноевропейским.

ИМПЕРИЯ РОМЕЕВ

Несмотря на огромные географические масштабы цивилизации, несмотря на пестроту и разнообразие составлявших ее регионов, в Византии управление осуществлялось из центра, т. е. из Константинополя. Там создавались списки налогов, оттуда рассылались сборщики податей, суд в Константинополе принимал жалобы на решения провинциальных судов. И высшим началом в этой системе контроля за жизнью страны считался император с окружающими его сановниками. Император обладал почти неограниченной властью: он мог казнить подданных, в том числе и самых высокопоставленных, конфисковывать их имущество, смещать и назначать на должности. Император издавал законы, был высшим судьей, руководил армией и определял внешнюю политику. Кроме того, хотя он и не был собственником всех земель империи, но его владения были поистине огромны, и это существенно отличало Византию от западноевропейских государств.

Имперская идея

Империя представлялась византийцам наиболее совершенным государственным устройством, олицетворением гармонии и порядка. Идея империи обосновывалась и возвышалась в политических теориях; культ императорской власти был одним из важнейших элементов государственной религии.

Все это, казалось бы, напоминает нам о Востоке. Но в какой степени Византия была близка к восточной деспотии? Идея имперской власти была унаследована от Рима, где государство считалось высшей и незыблемой ценностью, а император господином, неограниченным правителем, но не собственником государства, как на Востоке. Римский император был обязан подчиняться законам, и это правило было усвоено и в Византии.

Большую роль в укреплении идеи империи сыграло христианство, которое придало ей священный характер. Еще в IV в. один из сподвижников императора Константина Евсевий разработал политическую теорию, которая давала религиозное обоснование византийской государственности. Она оставалась практически неизменной в течение многих веков и оказала большое влияние на политическое самосознание стран Восточной Европы, в том числе и России.

Евсевий считал, что не только человек, но и общество спасается благодаря вере. Поэтому Византия, оплот истинного христианства, находится под Божественным покровительством и должна вести к спасению другие народы. Таким образом, оказывалось, что основой византийской государственности является христианство. Из этого Евсевий сделал вывод о том, что духовная и светская власть должны быть слиты воедино, действуя во имя единой цели и в одном направлении, т. е. образовывать симфонию. Император в этом случае являлся не только мирcким правителем, но и главой церкви. Поэтому он должен обладать талантами государственного деятеля и качествами совершенного христианина - благочестием, усердием в вере, милосердием.

Император не обожествлялся в полном смысле этого слова - это противоречило бы самим основам христианства. Он считался смертным человеком, которому следует осознавать свое ничтожество и ответственность. Однако по отношению к обществу он был подобием Отца Небесного, сближаясь в этом больше с восточным владыкой, чем с западноевропейским монархом. Подражание Богу объявлялось важнейшей обязанностью государя, и весь ритуал дворцовой жизни был подчинен этой цели. Император никогда не стоял на полу, а всегда на особом возвышении; его трон был двухместный: в праздничные и воскресные дни на нем оставляли место для Христа, которого символизировал положенный на сиденье крест.

И все-таки при этом личность императора считалась священной постольку, поскольку он занимал самое высокое, самое почетное место в государстве.

Кроме больших прав у византийских императоров были и обязанности. И главной среди них считалась забота о подданных - залог прочности и гармонии государства. Поэтому византийские историки отваживались критиковать императоров (особенно когда они писали о тех, кто уже сошедшел с исторической сцены), оценивать их поступки с точки зрения законов Божеских и человеческих. Свою ответственность, по крайней мере в теории, осознавали и сами императоры. Так, Константин VII Багрянородный (X в.) в своих сочинениях утверждал, что император должен править "ради истины", "в согласии с законом и справедливостью", "как раб и слуга Божий". Если же он впадет в грехи, превратится в деспота, то станет ненавистен народу и может быть лишен своего поста.

Надо сказать, что судьба многих византийских монархов действительно была трагичной, а срок царствования - коротким, иногда всего несколько лет. Половина из них насильственно лишились престола: одни были ослеплены, отравлены или утоплены, других заточали в монастырь. Непрочность положения императора усиливалась и тем, что в Византии долгое время царская власть не передавалась по наследству. Но, хотя неугодных императоров смещали, сама имперская власть оставалась неприкосновенной.

С другой стороны, самый высокий пост в государстве мог занять и человек низкого происхождения. Например, один из самых знаменитых византийских правителей, Юстиниан I (VI в.), родился в семье крестьян, а его жена красавица Феодора была актрисой. Власть императора считалась божественной, и поэтому происхождение человека и его прежние занятия не имели никакого значения.

Имперская власть и общество

Каким же образом теории имперской власти воплощались в реальность? В какой степени Византия соответствовала идеалу истинно христианской гармоничной цивилизации?

От Римской империи Византия унаследовала остатки республиканского строя. Первоначально в Византии сохранялись сенат, государственный совет и организации свободных горожан - димы. Именно благодаря этим органам в эпоху поздней античности общество могло корректировать действия императорской власти и придавать им силу законности. В Византии в IV-V вв., как считают ученые, они даже пережили некоторый расцвет.

Сенат подготавливал проекты законов, обсуждал вопросы внешней и внутренней политики. В V-VI вв. довольно большие права получили димы: во время зрелищ в цирке, очень популярных в Константинополе, можно было предъявить требования императорам и высшим чиновникам, одобрить или покритиковать их действия. Димы участвовали в официальных церемониях, в провозглашении нового императора: формально он выбирался сенатом, армией и народом, хотя на деле императора выдвигали сенат и военная верхушка.

Однако такая ситуация продолжалась недолго, К VI-VII вв. постепенно снизилась роль сената. В конце VII в. стали утрачивать свои позиции димы. Император Лев VI в X в. уничтожил остатки городского самоуправления. Своего рода символом отказа от прежних демократических обычаев было изменение обряда вступления на престол: раньше нового императора провозглашал народ на ипподроме - теперь его венчали на царство как Божьего избранника в храме святой Софии. В эту эпоху император нарекается василевсом, т. е. царем (возможно, под влиянием восточной традиции), а также автократором (самодержцем). Имперская власть отнимала у общества право голоса, право активного участия в политической деятельности.

Что же принесла такая власть стране? Сильная централизация, единодержавие, конечно, помогали Византии сохранить свою целостность, а это придавало устойчивость цивилизационному процессу.

Однако у византийской авторитарности была и другая сторона: не только сила проявлялась в ней, но и слабость. Возможности императоров, обладавших, казалось бы, всей полнотой власти, на самом деле были далеко не безграничны. Император, полностью всесильный по отношению к отдельному человеку, был весьма скован в своей реформаторской деятельности. В политическом сознании византийцев он являлся прежде всего хранителем традиций и обычаев. Таким образом, власть ориентировалась на прошлое и, кроме того, была в большой степени изолирована от общества. В результате многие важные социально-экономические процессы шли вопреки косной государственной власти, выходя из-под ее контроля. С другой стороны, не успевая за развитием страны, власть часто использовала свою силу, чтобы сдерживать его, препятствовать появлению нового.

Общество также имело свои особенности. Например, феодалы, оказавшиеся в сильной зависимости от власти, так и не оформились в Византии в сословие.

Положение аристократии, приближенной к трону, несмотря на богатство и внешний блеск, было весьма неустойчивым. Многое зависело от игры случая или милости императора. Долгое время, примерно до конца X в., правящая элита была открытым слоем. Проникнуть в него можно было благодаря не столько происхождению, сколько личным заслугам или расположению императора.

Император Лев VI писал, что "о благородстве людей нужно судить не по их предкам, но по их собственным делам и успехам". Однако был возможен и противоположный путь - сверху вниз. Ссылка, конфискация имущества, тюрьма грозили вельможе так же, как и всякому другому.

При императорском дворе царили заговоры и интриги. Разобщенная, не имевшая сословных привилегий знать, часто жившая за счет подачек императора, не разработала в отличие от западной аристократии принципов чести и верности.

Сложными были отношения церкви и государства. Императоры, конечно, были заинтересованы в ее поддержке, так как церковь имела огромное нравственное воздействие на общество. Однако духовенство, по крайней мере до ХII в., практически полностью было отстранено от участия в административной деятельности, так как в Византии было запрещено сочетать духовную и светскую службу. Кроме того, длительное время экономическое положение церкви в большой степени зависело от пожалований императора и частных лиц.

Своих особых доходов у византийской церкви в отличие от западной не было. Только с X в. стали вводиться регулярные взносы в пользу церкви.

Конечно, у церкви скапливалось немало богатств, но даже в периоды процветания она была беднее католической и, главное, не столь независимой в экономическом отношении. Это сказывалось и на ее роли в политической жизни. Константинопольские патриархи претендовали время от времени на руководящую роль в государстве. Так, в середине XI в. патриарх Михаил Кируларий угрожал императору Исааку I, которого привел к трону: "Печка, я тебя создал, я тебя и разрушу". Но императоры обладали большой властью: могли смещать патриарха, как неугодного чиновника, выбирали его среди трех кандидатов, рекомендованных церковью. В византийской истории нередки были случаи, когда патриархов ссылали и даже казнили.

Византийская церковь не стала, подобно западной, мощной и вполне самостоятельной политической силой. С другой стороны, отношения государственной власти и церкви были далеки от идеала "симфонии".

Двойственным было положение купечества и ремесленников. В соответствии с римским правом в Византии сохранялись законы, которые содействовали товарному обращению, но купцы и ремесленники находились под сильным контролем государства. Это давало определенные преимущества: ремесленники, например, имели гарантированные заказы от армии, двора и вельмож, но они не были защищены от произвола властей. Государство облагало их высокими пошлинами; чиновники осуществляли мелочный надзор даже над самим процессом производства.

В городах, центрах ремесла и торговли, в условиях жесткой централизованной власти не возникали мощные коммунальные движения, которые в Западной Европе завершились оформлением городских хартий, юридически закрепивших их свободу. В результате в Византии торгово-ремесленное население городов так и не сформировалось в сословие, не добилось признания своих прав на общегосударственном уровне.

В ХII в. ремесло и торговля пережили глубокий спад, который был вызван тем, что государство предоставило льготы итальянским купцам, составившим сильную конкуренцию византийским. Византийские ремесленники, издавна славившиеся высоким мастерством, но развращенные излишней опекой властей, не выдержали борьбы с энергичными купцами из Италии.

Итак, государственная власть в Византии подавляла активность самых различных социальных слоев и таким образом сдерживала многие важнейшие процессы в стране. Сила монархии оборачивалась слабостью, раздробленностью общества, в котором человек был мало связан со своей социальной группой. А это, в свою очередь, вызывало необходимость в усилении власти - как фактора, стабилизирующего цивилизацию.

ДУХОВНАЯ ЖИЗНЬ ВИЗАНТИИ

Духовное наследие, оставленное Византией, до сих пор поражает своим разнообразием и богатством. В средние века Византия была "наставницей" славянского мира: южные и восточные славяне ей обязаны появлением письменности, у Византии перенимали они политические и богословские идеи, моральные нормы, у византийских мастеров учились строить храмы и писать иконы. Плодами византийской культуры пользовалась и Западная Европа.

Язычество и христианство в Византии

В IV в. христианство было признано в империи ромеев государственной религией, но первоначально его приверженцы были не слишком многочисленны. Наиболее ревностные среди них искали спасения в пустынях Египта или Палестины - становились отшельниками. И все-таки в начале своего существования (IV-V вв.) Византия, в сущности, оставалась еще полуязыческой страной, в которой было немало тайных или явных поклонников старых верований. До конца V в. не были запрещены отправления домашних языческих культов. Большая часть правящей элиты была равнодушна к религиозным вопросам и предпочитала христианству увлечение античной философией.

Была даже произведена попытка на государственном уровне вернуться к язычеству: знаменитый император Юлиан (361-363), прозванный Отступником, философ и храбрый полководец, хотел восстановить прежнюю религию, однако потерпел неудачу.

Симпатии к язычеству сохранялись и в народной среде: в деревне даже в XII в. продолжал существовать культ Диониса, покровителя земледельцев.

Однако влияние христианства неуклонно возрастало. Этот процесс был далеко не всегда мирным. Так, в конце IV в. в Александрии был разрушен Серапеум - центр языческого культа, и сожжена знаменитая библиотека, жертвой обезумевшей толпы пала женщина-философ Ипатия. Примерно в это же время запрещено было проведение Олимпийских игр. Уничтожались или закрывались языческие храмы, а их имущество отбиралось в пользу казны.

Тем не менее, распространение христианства было связано не только с гонениями на язычников или с официальными запретами. Постепенно умирало языческое сознание, сменяясь новым, христианским - более трагическим и дисгармоничным, но обращенным к внутреннему миру человека, дающим ему надежду на спасение, на обретение божественной сущности.

Византийское язычество имело своих блестящих идеологов-философов, но не могло соперничать с христианством в борьбе за души людей. С течением времени христианство стало все больше определять духовную жизнь Византии. Один из богословов жаловался, что невозможно спокойно зайти в баню или к булочнику, так как и банщик, и булочник тут же заводят споры о сути христианской Троицы. Ученого-богослова, разумеется, раздражали непосвященные, которые, не имея должной подготовки, пытались разобраться в сложнейших вопросах веры, но, по сути, это должно было бы его радовать. Ведь интерес к такого рода вопросам означал, что отношение масс к христианству было далеко не равнодушным.

Победа христианства над умами людей не означала, что уничтожалось и все наследие, оставленное античной культурой. В Византии сохранилось глубокое уважение к знаниям, в том числе к античной философии и литературе. Здесь большую роль сыграла идея преемственности, прямой связи Византии с греко-римским миром.

Даже у представителей византийской церкви отношение к античным философам и писателям было достаточно мягким. Чтение их произведений не было запрещено; напротив, выдающийся богослов IV в. Василий Великий призывал юношество изучать языческих авторов, хотя и с осторожностью, стараясь толковать их мысли в духе христианства. В те времена были распространены аллегорические толкования, с помощью которых можно было доказать, что язычники предчувствовали некоторые истины христианства или даже предрекали его победу. Но, несмотря на такую одностороннюю, заранее заданную трактовку, культурные ценности языческой античности оставались в сознании людей.

Важнейшим источником знаний об античности была византийская школа, которая в отличие от западной не была подчинена церкви. Со временем в ней появились некоторые церковные дисциплины, но в целом школа оставалась светской, и сама система образования была близка античной, особенно в начальной школе, где обучали чтению, грамматике и умению считать. Ученики читали, комментировали, переписывали и учили наизусть отрывки из Псалтири, но также из поэм Гомера, трагедий Эсхила, Софокла и Еврипида, из философских произведений Платона и Аристотеля. Знакомясь с богатством античной мысли в лучших ее образцах, школьники проникали и в систему языческого восприятия мира. Богословие, как и философия, специально изучались лишь на более высокой ступени образования, доступной немногим.

Языческие верования исчезали, но традиции античной литературы и философии продолжали жить на протяжении многих веков. Философия Платона и его последователей оказала большое воздействие на византийское богословие, на основе античной литературы в Византии создавались светские произведения (например, романы).

Византийская культура, оставаясь христианской, сумела вобрать в себя античное наследие, перерабатывая его и вкладывая в него новое содержание.

Христианство и ереси

Сложность духовной жизни в Византии была связана не только с борьбой против уходящего язычества. Не менее драматичной была и идейная борьба, объявленная церковью ересям - религиозным движениям, участники которых отстаивали право понимать христианство по-своему, отклоняясь (порой очень существенно) от официального учения.

Непримиримое отношение к инакомыслящим объяснялось разными причинами. Важным фактором было стремление церкви укрепить свои позиции в государстве, свою роль посредницы между Богом и людьми, благодаря которой человек может приобщиться к истинной вере. Но была и другая причина - традиционность средневекового сознания, ориентированного не столько на новаторство, сколько на преклонение перед авторитетом.

Писание считалось Божественным откровением, и это означало, что человек должен был постичь и сохранить в неприкосновенности данные ему Божественные истины, ни в коем случае не менять их значения по своему произволу и тем более не изобретать новых. "Не люблю ничего своего", - это изречение Иоанна Дамаскина, византийского богослова VIII - начала IX в., ярко отражает установку на повторение того, что принято и считается правильным. В те времена еще не было понятия об авторстве: использование чужого произведения считалось заслугой, ибо указывало на ученость автора. Цитата из Писания нередко была самым сильным аргументом в споре.

Однако традиционность средневековой культуры вовсе не приводила к единообразию и единомыслию. И богословы, и еретики обращались к Священному Писанию, но понимали его по-разному. И в этом смысле духовная жизнь в средние века представляла собой поле битвы, на котором люди отдавали жизнь за ту или иную фразу из Писания, понятую так или иначе.

Предметом страстных споров был главный догмат христианства - о единой и неделимой Троице, включающей Бога-Отца, Бога-Сына и Бога - Духа Святого. Людей того времени особенно волновал вопрос о природе Христа. Бог он или человек?

В IV-V вв., когда догматика христианства еще только формировалась, несколько религиозных течений отстаивали свои решения этого вопроса. Ариане считали Христа человеком, которому Божественность была передана его Небесным Отцом (т. е. Иисус не обладал ею изначально). Приверженцы другого учения, несторианства, утверждали, что есть разница между Христом, смертным человеком, и Сыном Божьим, несотворенным и бессмертным, и связь их была временной. Сын Божий пребывал во Христе, но не слился с ним. Своего рода ответной реакцией на несторианство явилось монофизитство, которое настаивало на том, что Христос имел только одну природу - Божественную - и лишь внешне напоминал человека.

Чем объяснить факт, что этот, казалось бы, отвлеченный вопрос имел для византийцев такую остроту? Христос был не только Спасителем человечества, но и посредником, связующим звеном между миром небесным и земным. И церковь, надо сказать, в отличие от еретиков всячески поддерживала эту идею, утверждая, что Христос совмещает в себе две сущности - и человеческую, и Божественную. Здесь была основа для надежды на грядущее спасение человечества: ведь Христос, оставаясь человеком, который мог испытывать страдания, колебаться, одновременно был и Богом. Поэтому спор о Христе выходил далеко за рамки богословских диспутов, интересных и понятных только избранным. Средневековый человек воспринимал эту проблему необычайно остро и напряженно, так как речь, в сущности, шла о нем самом, о возможности открыть в себе Божественное начало.

Такое же принципиальное значение в ту эпоху имел вопрос о соотношении духовного и физического в человеке. Христианство разрушило античный идеал гармонической личности, в котором красота внешняя, физическая, сливалась в единое целое с красотой духовной. Оно открыло дисгармоничность человека. Внутренняя красота может сочетаться с внешним безобразием - и наоборот. Вот почему христианские святые часто оказываются поразительно отталкивающими внешне, и авторы житий не скупятся на натуралистические подробности, описывая тела аскетов, иссохшие от поста или покрытые ранами. Но это безобразие, нарочитая антиэстетичность облика служили для того, чтобы по контрасту выделить красоту духовную, которая обладала особой ценностью в глазах средневекового человека.

Плотское, земное вообще часто ассоциировалось в средние века с греховным, с тем, что отделяет человека от небесной благодати. Однако это не означает, что христианство полностью отвергало все материальное, физическое. Церковь и в данном случае старалась сгладить противоречия, найти связь между противоположностями. Тело было создано Богом по его же образу и подобию, поэтому к нему нельзя относиться с пренебрежением.

Богословы часто цитировали апостола Павла, который назвал плоть "храмом Духа Святого" и утверждал, что тело не может помешать развитию в себе Божественного начала. Земной мир, согласно христианской доктрине, устроен целесообразно, в нем есть порядок и красота, хотя и не совершенные, допускающие существование зла. Это следует из того, считали византийские богословы, что мир, сотворенный Богом, содержит в себе его проявления, энергии.

Средневековый человек тонко чувствовал красоту мира и умел восхищаться ею, но осознавал, что земная красота - лишь ступень на пути к высшей, небесной.

Совершенно противоположную точку зрения отстаивали сторонники так называемых дуалистических ересей, которые получили в VII-ХП вв. широкое распространение в Византии: павликианство, возникшее в Армении, и его болгарский вариант - богомильство. Еретики говорили, что только небеса - владения Бога, а земля - царство Сатаны. Человека создавали вместе и Бог, и Сатана: один вложил душу, другой сотворил тело.

Считая землю обителью зла, еретики отвергали плоть, материю, а также резко критиковали несправедливость, царящую в обществе, не признавали погрязшую в грехах церковь посредницей между Богом и людьми. Выдвигая идеал Справедливо устроенной жизни, они призывали к уходу от всего земного. Святая бедность, отсутствие собственности, аскетизм - за этим фактически стояло отрицание ценности мира.

Еретики подвергались преследованиям и жестоким казням. Но это не могло остановить еретические движения, тесно связанные с социальным протестом. Число их сторонников было достаточно велико, и исповедуемые ими идеи заметно повлияли на религиозную жизнь не только Византии, но и Западной Европы.

Восточное христианство: пути к Богу и система ценностей

Расхождения между западной (католической) и восточной (православной) церквями проявились достаточно рано, в IV-V вв. С течением времени они возрастали, сопровождаясь борьбой между папой римским и константинопольским патриархом во имя политического и религиозного первенства за сферы влияния.

Одно из важнейших разногласий было связано с догматом о Божественной Троице. Католическая церковь в IX в. сочла нужным дополнить символ веры, выработанный еще в IV в. Согласно этому дополнению Святой Дух исходил не только от Бога-Отца, но и от Сына. Слова "и от Сына" стали предметом ожесточенных споров между западными и восточными богословами, увеличив пропасть, разделяющую церкви. Однако формально обе церкви еще считались одним целым.

В XI в. католическая и православная церкви превратились в два независимых и даже враждебных ответвления христианства. Произошел раскол (схизма), который на многие века предопределил отъединенность от западного христианства (или "латинства", как его тогда называли) не только самой Византии, но и ее религиозной преемницы - России.

Причин для раскола было много, и, конечно, они были связаны не только с догматикой. Разным было положение католической и православной церкви в государстве, степень вмешательства в мирские дела. И, наконец, существовали тонкие, но очень значительные для культурно-религиозной жизни Византии и Западной Европы различия в системе ценностей, на которые должна была ориентироваться паства.

На Западе церковь утвердила свой абсолютный авторитет во всем, что касалось посмертной судьбы человека, т. е. решала своей властью вопрос о спасении. Именно церковь давала отпущение грехов, оценивала добродетели и недостатки, наставляла на путь истины и отвращала от грехов. Этические нормы, разработанные католической церковью, охватывали буквально все стороны жизни человека: от его интимной жизни до практической деятельности. Такая строгая регламентация вырабатывала у человека и внутреннюю, и внешнюю дисциплину, формировала ответственность за поступки и мысли перед Богом и церковью.

Конечно, стремление построить жизнь паствы в соответствии с христианскими представлениями о грехах и добродетелях было свойственно и православию. Но оно в отличие от католичества допускало и другой путь к Богу и к спасению, без участия церкви как непременной посредницы. Это был индивидуальный, личностный путь, который осуществлялся с помощью особого типа молитвы, приводившей к мистическому слиянию с Богом. Мистическое направление на Западе тоже имело своих приверженцев, но в общем, не слишком поощрялось церковью, которая особенно старалась не допустить широкого распространения подобных идей среди мирян. В Византии оно было вполне официально принято церковью.

Это означало, что церковь давала человеку достаточно большую внутреннюю свободу: спасение, получение Божественной благодати зависело от него лично, от его способности к нравственному очищению и преодолению низких инстинктов. На такой основе в Византии формировался совершенно особый, не похожий на западноевропейский, идеал личности и ее поведения.

Мистическое слияние с Богом предполагает полную отключенность от всего суетного, земного. Один из наиболее известных византийских мистиков, Симеон Новый Богослов (X-XI вв.), в своей религиозной лирике описал процесс соединения с "Безначальным, Бесконечным, и Нетварным, и Незримым", т. е. с Богом. Оно происходит через самоуглубление, проникновенное (ни в коем случае не механическое) произнесение молитвы. Тогда человек в самом себе обретает Божественное начало, символом которого в византийском богословии считался свет.

Мистический идеал весьма далек от земной деятельности, от социальной активности. Кроме того, этот идеал индивидуалистичен, так как мистик заботится прежде всего о собственном спасении, внешняя жизнь для него - своего рода помеха освобождению от всего земного и греховного. Очень характерно в этом смысле изречение Симеона: "Да не разрушишь ты собственный дом, способствуя домостроительству ближнего". Мистик гораздо сильнее стремится преобразовать самого себя, чем окружающую действительность.

Конечно, нужно иметь в виду, что полная реализация такого идеала была уделом немногих, все общество не следовало примеру Симеона Нового Богослова и других мистиков. Однако их сочинения пользовались популярностью и воздействовали на идеалы человека.

В византийском богословии существовало и другое течение - рационалистическое, представители которого пытались примирить разум и веру. Они полагали, что приблизиться к постижению Бога можно, изучая окружающий мир, созданный им, и поэтому вводили в теологию естественнонаучные знания. Но рационализм в отличие от Европы не стал в византийской богословской мысли ведущим направлением. В XIII-XIV вв., когда Византия находилась уже в преддверии близкой гибели, новое мистическое учение, получившее название исихазм, одержало победу над рационализмом и зарождавшимся гуманизмом.

Исихазм - в переводе с греческого означает "спокойствие, безмолвие, умиротворение". Основоположники учения, Григорий Палама и Григорий Синаит, считали такое состояние идеальным для отрешения от мирской суеты ("забвение низших и тайное ведение высших").

Гуманистические идеи византийских философов, эти предвестники нового времени, проникнув в Италию, нашли отклик в Европе и оказали значительное влияние на западных мыслителей. В самой же Византии вместе с исихазмом вновь утвердились традиционная система ценностей и традиционное восприятие мира и человека.

Закат Византии

Одним из первых признаков слабости Византии был захват Константинополя крестоносцами в 1204 г. После этого империя распалась: на Балканах образовалось Эпирское царство, на берегу Черного моря - Трапезундская империя, на северо-западе Малой Азии - Никейская империя, крестоносцы же создали Латинскую империю, которая занимала часть Фракии, Среднюю Грецию и Пелопоннес.

Завоеватели принесли с собой новые законы и обычаи, подвергали гонениям православную церковь, вынуждая ее признать главенство папы римского. Все это, естественно, вызывало ненависть местного населения. Кроме того, Латинскую империю раздирали внутренние смуты и борьба за престол. Государство крестоносцев оказалось очень слабым и просуществовало около полувека.

Среди византийских государств главным врагом латинян была могущественная Никейская империя. Михаил VIII Палеолог, выдающийся политический деятель и смелый военачальник, захвативший никейский престол, в 1261 г. завоевал Константинополь и восстановил отчасти Византийскую империю. Возродить ее в прежнем виде было уже невозможно.

Константинополь - гордость империи - был разорен, территория Византии резко сократилась. Трапезундская империя и Эпир сохранили независимость, север Фракии и Македонии находились в руках сербов и болгар, многие острова Эгейского моря были под властью Венеции, а с востока устраивали набеги турки.

В экономическом отношении Византия попала под власть крупнейших итальянских городов-республик - Венеции и Генуи. В первой половине XIV в. итальянское купечество монополизировало не только внешнюю торговлю Византии, но и внутреннюю торговлю продовольствием. Генуэзцы контролировали снабжение Константинополя. Нестабильность Византии, вызванная гражданской войной из-за наследования престола, переросла в мощное социальное движение против крупной феодальной аристократии.

Между тем турки-османы повели активное наступление, быстро продвигаясь в глубь Балканского полуострова. Гибель Византии была отсрочена только из-за того, что в 1402 г. турецкие войска были разгромлены Тамерланом. Однако судьба империи ромеев была уже неотвратима: в 1453 г., после длительной осады, Константинополь пал. Завоеватели превратили его в столицу Османской империи и дали имя - Истамбул.

Причины гибели Византии

Вопрос о причинах падения могущественной цивилизации, просуществовавшей около 1000 лет, волнует многих историков. Ответы даются разные. Некоторые на первый план ставят сложное международное положение: Византию ослаблял Запад и почти одновременно она подверглась сильнейшему удару с востока - со стороны турок.

Выделяется и другая причина: отъединенность Византии от Запада, усиленная расколом церквей. Действительно, католическая церковь предлагала военную помощь в обмен на унию - единение церквей с признанием верховенства папы римского. Византийские императоры дважды были готовы пойти на эту сделку, в том числе и в 1439 г. Уния подписывалась, но основная часть населения отказывалась принять ее. Находились и такие, кто предпочитал турецких завоевателей западным.

Но главными факторами считаются все-таки внутренние противоречия, из которых империя не могла найти выхода. Эпоха безраздельного господства Константинополя - оплота централизованной власти, подходила к концу. В провинциях выросла крупная феодальная знать, которая, борясь за власть, создавала условия для децентрализации страны. Торгово-ремесленное население, разоренное итальянцами, теряло доверие к власти, зная, что она не защитит их интересы. Усиливался протест крестьянства, которое не только платило тяжелые налоги в пользу государства, но и все больше попадало в зависимость от местных феодалов.

Централизованная власть, не уступавшая до конца своих позиций, снижала активность общества, ослабляла его, а тем самым - и империю в целом. Государственность, которая долгое время была основой благополучия Византии, превратилась в силу своей косности в тормоз для ее развития.

ЕВРОПА НА ПОРОГЕ НОВОГО ВРЕМЕНИ

Трудно точно определить границу, отделяющую одну эпоху от другой. Когда средние века сменились новым временем? Для многих историков границей является английская буржуазная революция, во время которой была разрушена старая политическая система и открылся свободный путь для развития капитализма.

Но закат средневековья начался гораздо раньше - с XV в. Не случайно это время называют эпохой великого прорыва. Географические открытия раздвинули границы западной цивилизации, расширили кругозор европейца. Стремительно растущие научные знания ломали привычную картину мира.

В XV в. стали закладываться основы буржуазного производства, появился новый социальный тип, представленный дельцом, предпринимателем. Наступило время бурного роста производства, в котором все активнее использовались технические изобретения. Торговля связывала теперь целые континенты. В религии, литературе и искусстве происходили изменения, разрушавшие средневековую систему ценностей.

Это не означает, что средневековье отступило перед новыми веяниями: в массовом сознании традиционные представления сохранялись гораздо дольше, чем в сознании писателей, философов или художников. Церковь была достаточно сильна, чтобы дать отпор новым идеям. Она боролась с ними, используя вполне средневековое средство - инквизицию, или сама трансформировалась под их влиянием.

Идея свободы человеческой личности продолжала существовать в обществе, разделенном на сословия. Не исчезала до конца феодальная форма зависимости крестьян, а в некоторых странах (в Германии, в Центральной Европе) произошел возврат к крепостничеству. Феодальная система проявляла достаточно большую жизнестойкость. Каждая европейская страна изживала ее по-своему и в своих хронологических рамках. Капитализм долгое время существовал как уклад, охватывая лишь часть производства и в городе, и в деревне.

Тем не менее с XV в. кардинальные изменения охватили все области цивилизации. Иным стал сам темп ее жизни: патриархальная средневековая медлительность стала отступать в прошлое.

Эту эпоху историки называют или этапом перехода к новому времени, или ранним новым временем, ибо уже тогда закладывались основы современной западноевропейской цивилизации.

Европа и мир: рождение океанической цивилизации

XV век стал переломной эпохой в отношениях Европы с другими цивилизациями. Долгое время Запад жил относительно замкнуто. Связи с Востоком и Россией ограничивались в основном торговлей. Попытка массированного прорыва на Восток была предпринята в XI-XIII вв., в эпоху крестовых походов. Однако это столкновение с Востоком закончилось неудачей: Европа была вынуждена отступить; все земли, захваченные крестоносцами, снова перешли к мусульманам.

В XV в. ситуация полностью изменилась: Европа стремительно развивалась. Расцвет торговли вызывал острую необходимость в драгоценных металлах. Купцов и путешественников манили наполовину фантастические, наполовину правдивые рассказы о несметных богатствах и чудесах Востока. Европейские мореплаватели уже накопили достаточно большой опыт в навигации, поэтому длительные и трудные экспедиции стали вполне возможны.

Первыми на поиск сказочных сокровищ Индии устремились португальцы, а несколько позже - испанцы. Целый ряд экспедиций шел вдоль побережья Африки. В 1456 г. португальские корабли добрались до Зеленого мыса, а в 1486 г. экспедиция Б. Диаса обогнула Африканский континент с юга, миновав мыс Доброй Надежды. Осваивая побережье Африки, португальцы одновременно посылали корабли в открытый океан, на запад и юго-запад. В результате на картах появились неизвестные раньше Азорские острова и острова Мадейра. В 1492 г. свершилось великое событие - X. Колумб, итальянец, перебравшийся в Испанию, в поисках пути в Индию пересек Атлантический океан и высадился у Багамских островов, открыв новый континент - Америку.

Открытия следовали одно за другим: в 1498 г. испанский путешественник Васко да Гама, обогнув Африку, успешно привел свои корабли к берегам Индии. С XVI в европейцы проникают в Китай и Японию, о которых раньше имели лишь самое смутное представление. С 1510 г. начинается завоевание Америки (Конкиста). В XVII в. была открыта Австралия - Английские путешественники и их соперники - голландцы - настойчиво искали путь к Молуккским островам вокруг Америки и Азии. На карте мира оставалось все меньше белых пятен. С нее стали исчезать фантастические страны, их место заняли вполне реальные, только что открытые земли. Изменилось представление о форме земли, кругосветное путешествие португальца Ф. Магеллана (1519-1522) подтвердило догадку о том, что она имеет форму шара.

Границы мира как бы раздвинулись. Торговые пути теперь пролегли через океаны, связывая между собой континенты. Так благодаря Великим географическим открытиям началась первая фаза создания океанической, глобальной цивилизации.

Не только жажда познания влекла европейца в неведомые страны; не менее сильны были жажда золота и стремление распространить идеалы христианства. Один из участников Великих географических открытий сформулировал свои задачи следующим образом: "Бог, слава и золото".

Сталкиваясь с другими цивилизациями, европейцы руководствовались именно этими целями. Поэтому встреча различных культурных миров принесла населению вновь открытых земель мало хорошего. Племена майя, ацтеков и инков, жившие в Америке, уже имели свою государственность, но по уровню цивилизованности неизмеримо отставали от Европы. В процессе колонизации, которая продолжалась примерно до середины ХVII в., эти древние цивилизации погибли.

Из-за недостатка рабочих рук в Америку стали ввозиться негры. Начиная с 1501 г. португальцы вели настоящую охоту на них, нередко вступая в союз с местными вождями. Португалия, а вслед за ней Голландия , Англия и Франция реанимировали казалось бы, давно отжившее явление - работорговлю. Численность населения Африканского континента резко сократилась, особенно в западных его районах; распадались сложившиеся внутри континента торговые связи, замедлялось социально-экономическое и политическое развитие.

Несколько иначе сложились в ту эпоху отношения Запада с древними высокоразвитыми цивилизациями Китая, Японии и Индии.

Китай, а особенно Япония просто "закрыли" свои страны, практически полностью запретив въезд иностранцам. В течение некоторого времени, пока сохранялся определенный баланс сил между этими странами и Западом, европейцам приходилось мириться с такой ситуацией. Гораздо большего успеха португальские, а потом английские, голландские и французские купцы добились в политически раздробленной Индии, где приходила в упадок некогда сильная держава Моголов. Европейские компании прочно утвердились там к середине XVII в., постепенно добившись и политического влияния, что во многом определило дальнейшую судьбу древней цивилизации.

Первая стадия европеизации мира протекала в насильственных и подчас страшных формах, грозивших гибелью самобытным культурам.

Для самой Европы эта бурно развернувшаяся экспансия имела крайне важные последствия. Сместились торговые центры: Средиземноморье стало терять свое прежнее значение, уступая место Голландии, а позже - Англии. Приток золота вызвал революцию цен. Усложнились финансовая система и банковское дело. Новые рынки сбыта дали мощный импульс развитию промышленности и торговли, а в конечном счете - складыванию капиталистических отношений.

Рекомендации к теме

Рекомендованная литература:
  • Хачатурян В. М. История мировых цивилизаций с древнейших времен до конца ХХ века. 10 - 11 кл. М.: Дрофа, 2000.