Интерьер как средство характеристики героя. (По одному из произведений русской литературы XIX века.)

Объясняя замысел «Мертвых душ», Гоголь писал, что образы поэмы – «ничуть не портреты с ничтожных людей; напротив, в
них собраны черты тех, которые считают себя лучшими других».
«Главное свойство» гоголевского дара – «…очертить в такой силе пошлость пошло-го человека, чтобы вся та мелочь,
которая ускользает от глаз, мелькнула бы крупно в глаза всем».
Эта особенность таланта писателя особенно отчетливо проявляется в обрисовке ха-рактеров помещиков в поэме «Мертвые
души».
Типизация – одна из самых существенных черт литературы критического реализма. Она отчетливо выступает в творчестве
Н.В. Гоголя. Стремясь создать типический харак-тер, Гоголь широко использует интерьер.
Первый, если можно так сказать, очаг сентиментализма, с которым встречается чи-татель «Мертвых душ», – это имение
Манилова. Духом карамзинской эпохи пропитано здесь все – от английской планировки посадок перед домом до задумчивой
мечтательно-сти самого владельца.
Историк русской литературы И.Н. Розанов писал, что в эпоху литературного сенти-ментализма «особенно в моде были
«уединение и сердце». Гоголевский текст отражает это с феноменальной точностью. Помимо «Храма уединенного размышления»
уединение фигурирует также в словах Чичикова. Претензии на изысканность, утонченность вкуса в поместье Манилова еще
более подчеркивают внутреннюю пустоту обитателей усадьбы. Все это лишь декорации, прикрывающие скудость. Печать
неопределенности, расплывча-тости и лежит здесь на всем: одинокий господский дом, «открытый всем ветрам», редкие кусты
сирени, серенькие бревенчатые избы мужиков, серый день. В доме Манилова тоже все тускло, неопрятно: шелковый капот жены
бледного цвета, стены кабинета выкрашены «какой-то голубенькой краской, вроде серенькой». Гоголь открывает читателю один
из излюбленных им приемов характеристики персонажа: «Чичиков с любопытством рас-сматривал жилище этого… человека, думая
по нему отыскать свойства самого хозяина, как п!
о оставшейся раковине заключают об устрице или улитке, некогда в нем сидевшей и оставившей свое впечатление».
В главе о Манилове «раковина» особенно важна, так как характер героя неопределе-нен, неуловим.
Обстановка всегда рельефно характеризует героя, но у Гоголя этот прием доведен до сатирического заострения.
В комнатах Манилова рядом с прекрасной мебелью, обтянутой дорогой материей, стоят кресла, покрытые рогожею. «Хозяин
в продолжение нескольких лет всякий раз пре-достерегал своего гостя словами: «Не садитесь на эти кресла, они еще не
готовы». В неко-торых комнатах вовсе не было мебели, «хотя было говорено в первые дни после женить-бы: «Душенька, нужно
будет завтра похлопотать, чтобы в эту комнату хоть на время по-ставить мебель».
«Щегольский подсвечник из темной бронзы с тремя античными грациями, с перла-мутным щегольским щитом» соседствовал
«ввечеру» с «медным инвалидом», но этого не замечали ни хозяин, ни хозяйка, ни слуги.
«В его кабинете всегда лежала какая-то книжка, заложенная закладкою на 14-й стра-нице, которую он постоянно читал
уже два года».
Окружающие вещи, весь уклад жизни героя красноречиво говорят о том, что Мани-лов – человек «так себе, ни то ни се,
ни в городе Богдан, ни в селе Селифан».
Недаром Гоголь в авторской характеристике прямо говорит, что от Манилова «не дождешься никакого живого или хотя даже
заносчивого слова», что, поговорив с ним, «почувствуешь скуку смертную».
В Манилове все построено на желании понравиться. Все равно, кому и для чего, – этого он не знает. Так просто – чтобы
были «именины сердца». Гоголь дает это понять бу-квально одним штрихом: «На обоих окнах тоже помещены были горки выбитой
из трубки золы, расставленные не без старания очень красивыми рядами».
Хозяин усадьбы не понимает, что его хозяйство приходит в упадок, не замечает уродливости своего быта.
Бесхозяйственность Манилова открывается читателю еще по дороге в усадьбу: все безжизненно, жалко, мелко. В доме же у
него «чего-нибудь вечно недоставало». Манилов создает фантастические проекты, один нелепее другого, не имея
представления о реаль-ной жизни. Хозяйством же он не занимался, «он даже никогда не ездил на поля, хозяйство шло как-то
само собою».
Слащавость, сентиментальность, бесхозяйственность, умственная ограниченность, неопределенность мышления – все это
черты характера Манилова, которые отложили свой отпечаток на его быт.
Праздный мечтатель Манилов так пуст, что ничего, кроме приятной улыбки и про-жекта о подземном ходе или каменном
мосте через пруд, сотворить не может.
В заключение хотелось бы сказать, что именно широкое использование интерьера помогает Гоголю создать типический
характер «прекраснодушного» Манилова.
В наше время проблема «маниловщины» весьма актуальна.