КАК Я ПОНИМАЮ ПЕРЕСТРОЙКУ?

( размышления над публицистикой )

Глаза без души слепы, уши без
сердца глухи.

Добрый человек лучше каменного
моста.

Пословицы.


Перестройка... Что это за особенное, волнующее слово, ко-
торое проникло уже во многие языки? Что за слово такое, кото-
рое раньше вселяло неумеренные надежды, а теперь опасения,
смутный страх за страну и себя. Я помню, учительница истории
рассказывала нам, что в начале 20 века в Америке были писатели
и журналисты, боровшиеся с недостатками. Их называли, кажется,
"разгребатели грязи". Вот и у нас сегодня "разгребают грязь",
накопившуюся за десятилетия. И потому мы, и еще больше наши
родители и деды, поражаемся, хватаемся за голову, буквально
болеем после прочтения некоторых статей.
Наверное, нет сегодня людей, которые бы не читали журна-
лов и газет. Мне кажется, что даже повышение цен не убавило
популярности печати. Ведь всех волнует будущее, все недовольны
настоящим, и почти все оглядываются назад, в прошлое. Извест-
но, что без прошлого нет сегодняшнего и завтрашнего дня. А на-
ше прошлое особое. Оно никак не хочет нас отпустить в будущее,
держит незримо, но цепко.
Многие писатели оставили привычные дела, уютные кабинеты
и тихие библиотеки, где так хорошо думается. Одни занялись по-
литикой. Некоторые увлеклись публицистикой или экономикой. Что
же, время такое... Надо защищать природу, думать над экологи-
ей, работать над новыми законами. Нужно как-то договариваться
нашим республикам между собой. Многое нужно.
И все-таки, мне кажется, важнее всего проблема нравствен-
ности. По-моему, сначала необходимо нравственное обновление, а
потом сами собой произойдут перемены в политике и экономике.
Ведь разве честные, убежденные люди смогут терпеть такое бе-
зобразие?! Когда выбирали на съезде президента М.С.Горбачева,
Давид Кугультинов сказал, что хороших законов у нас раньше бы-
ло много, а вот хороших людей у власти - мало. И добавил, что
главное, чтобы правили нами хорошие люди, тогда и законы будут
такими же. Я крепко запомнила эти слова.
Нравственно ли наше общество? Пожалуй, нет. С первых дней
создания нашего государства началось насилие, ведь сама идея
диктатуры пролетариата этого требовала. А не лучше ли вспом-
нить слова Л.Н.Толстого о том, что мудрость не имеет нужды в
насилии. Мне трудно решить, какой строй лучше. Ведь и наши об-
ществоведы сейчас в растерянности. Но мне очень хочется, чтобы
в нашей жизни ( при какой бы системе мы не жили) было меньше
лжи, лицемерия, жестокости, а больше добра.
Нравственность- это общепринятые нормы и правила поведе-
ния в обществе. Но все чаще место общечеловеческих ценностей за-
нимает иная мысль. Это стремление без зазрения совести взять
чужое или жить за чужой счет, нагрубить, испортить настроение,
хвалиться тем, что сумел сделать что-то в обход закона, очере-
ди, наплевав на всех окружающих. Это эгоизм, отсутствие заботы
о самых близких. Это насилие в малом и большом. Общество, рож-
денное и воспитанное насилием, рождает его ежечасно. Где-то
прочитала я эту мысль. А за доказательством ходить далеко не
надо. В "Комсомольской правде", например, была статья "Полити-
ческий мальчик". Ее герой - семнадцатилетний юноша, который
пытался понять причины несчастий нашей страны. Он решил, что
виной всему- коммунистическая идея. И в знак протеста бросил в
окно обкома партии две бутылки с зажженным бензином. Чего хо-
тел он? Изменить порядок? Конечно, он понимал, что ничего не
изменит. Но даже если и изменишь, было ли у него право менять?
Сегодня уже нет компартии, а жизнь стала труднее. Так насилием
ли ее исправлять?
Не так ли наши революционеры присвоили себе право "осво-
бодить" народ и обрекли его на еще большие страдания? Не так
ли "революционеры" из Ирландии или Палестины взрывают бомбы в
поездах и магазинах? И сколько же их, таких мальчиков, которые
пытаются добиться своего силой?... Что творится, например, в
Армении и Азербайджане? И ради чего? Разве станут эти народы
счастливее от вражды и ненависти?
Но жестокость родится не только от политики. Вот статья
Марии Рубинштейн "Бросающие мамы и брошенные дети". Дети-сиро-
ты при живых родителях. Что может быть страшнее? Значит, силь-
но у нас неблагополучно, если женщина не хочет быть матерью,
не хочет испытать это счастье, без которого жизнь пуста. Отка-
заться от ребенка навсегда, не желать, чтобы этот "крошечный
комочек, пахнущий молоком, когда-то прошептал первое слово:
"Ма-ма". Оправдываться тем, что " в данное время некуда с ним
идти, что еще не пожила в свое удовольствие, что ему будет
лучше в приюте..." Это не только трагедия нескольких людей,
это зерно насилия, которое заколосится в будущем. Если нет
достойной матери, то откуда же возьмутся добрые дети? "Сирота
обязательно вырастет вором или озорником",- говорится в одной
из книг М.Горького. Так неужели и в будущем останется так же
много насилия?
Нет, не хочется в это верить! Я понимаю перестройку так,
что все мы должны стать лучше, чище, добрее. Не может жизнь
целого народа и каждого человека заключаться в вечном поиске
дефицита, очередях, а мысли- в думах о неотоваренных талонах.
А многие мечтают только об импортных сапогах, ресторанах и
удовольствиях. А ведь кругом так много несчастных, брошенных,
просто голодных и бездомных (см.,например, статью "Рабы- немы
в "Комсомолке"). Да, мы должны стать терпимее друг к другу,
прощать, сколько можно, вольные и невольные ошибки. И тогда
жизнь станет лучше, а люди поверят в самое доброе. А пока мы
все время боремся друг с другом, портим себе и другим жизнь,
настроение, здоровье. Об этом говорится в статье Кузиной "Наши
думы, как листья кактуса...".
Ф.М.Достоевский говорил, что в несчастье истина ясней.
Нашему народу выпало достаточно несчастий, чтобы понять и дру-
гую истину великого гуманиста. В "Братьях Карамазовых" он
писал, что будем прежде всего добры, потом честны, а потом не
будем никогда забывать друг о друге.