Я вас любил; любовь еще, быть может,
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;
Я не хочу печалить вас ничем.
Я вас любил безмолвно, безнадежно
То робостью, то ревностью томим;
Я вас любил так искренно, так нежно,
Как дай вам Бог любимой быть другим.

Так любил А.С. Пушкин. И любовь давала ему минуты восторга и отчаяния, надежды и мечты.
Нет, не тебя так пылко я люблю,
Не для меня красы твоей блистанье:
Люблю в тебе я прошлое страданье
И молодость погибшую мою.

А это — трагическая любовь М.Ю. Лермонтова с тоской по несбывшемуся.
О, как убийственно мы любим,
Как в бурной слепоте страстей
Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей!

Так писал о любви Ф.И. Тютчев. В жизни каждого человека любовь занимает особое место. Особое место она занимает и в творчестве каждого писателя и поэта. Не исключение и А.И. Куприн. Его “Гранатовый браслет” — шедевр не только русской, но и мировой литературы. Любовь до самоуничтожения, готовность погибнуть во имя любимой женщины мастерски описана Куприным в этой повести.
Главный герой произведения — маленький человек, чиновник Желтков, но именно в его душе возникает такое чувство, на которое “способен, быть может, один из тысячи”.
“Случилось так, что меня не интересует в этой жизни ничто: ни политика, ни наука, ни философия, ни забота о будущем счастье людей, — пишет Желтков, -- для меня вся жизнь заключается только в Вас”. Он живет одной любовью и, когда ему запрещают любить, кончает жизнь самоубийством.
Конечно, можно осуждать его за эту слабость. Но я считаю, что человек живет, пока он любит. Любит своего ребенка, любит закаты и восходы, любит жизнь или любит, как Желтков, единственную женщину на свете.
Прославлению великого “дара любви”, чистого и бескорыстного чувства, посвящена и повесть “Колесо времени”. “Иные люди от природы наделены большой физической силой. Другие родятся с таким острым зрением, что свободно, невооруженным глазом, видят кольца Сатурна. Так и любовь. Она — высочайший и самый редкий дар неведомого бога”.
Герой повести, русский инженер “Мишика”, по капризности случая оказывается избранником прекрасной француженки Марии. Романтически окрашенная встреча переходит в романтическую любовь. Но возможен и “неуловим тот момент, когда любовь собирается либо уходить, либо обратиться в тупую холодную покорную привычку”. И, может быть, лучше расстаться, не дожидаясь, пока уйдет любовь?
И Мария уходит, отправив письмо, в котором пишет: “Милый Мишика, благодарю тебя за то великое счастье, которое ты мне дал”.
Целый катехизис любви вложен Куприным в уста героев:
“В любви, даже прошлой, нет места лжи”.
“Давать в любви обещания и клятвы... разве это не грех перед богом, разве это не тяжкое оскорбление любви?”
“Что за ужас, когда один не любит, а другой вымаливает любовь, как назойливый нищий!”
В этом произведении Куприн также прослеживает тему той прекрасной любви, “о которой мечтают все влюбленные, но которая из миллионов людей дается лишь одной паре”.
Романтическое, даже мистическое поклонение женщине— вот главный мотив повести “Олеся”. Любовь и трагедия всегда рядом. И все же, несмотря на обилие драматических ситуаций, в произведениях Куприна бьют ключом жизненные силы, преобладают светлые, оптимистические тона. А в прекрасном целомудрии купринских героев звучит гимн натуральной красоте и естественности.
Но не только любовь к женщине воспевает Куприн. Его повести и рассказы проникнуты необыкновенной любовью к жизни во всех ее проявлениях.
И с переполняющей его любовью ко всему миру описывает он множество драгоценных жизненных мелочей, памятных его сердцу: “...загиб в густом сосновом лесу, где свежо, зелено, весело, где ландыши, грибы, певчие птицы и белки” (“Елань”); набрякшую почку, лопающуюся весенней ночью с кротким звуком “Так!”, словно “дитя в задумчивости разомкнуло уста” (“Ночь в лесу”); вкусный кусок черного хлеба, посыпанный крупной солью (“У Троице-Сергия”) и сердце Куприна было сердцем великого оптимиста и жизнелюба, о чем свидетельствует все его творчество.