Тема родины проходит через все творчество М. Ю. Лермонтова: от романтического видения и одновременно горького обличения реального положения в стране и стремления покинуть свою землю до откровенного признания ей в любви, прозвучавшего в лирике поздних лет. В этой двойственности и противоречивости проявляется особенность мировоззрения одного из величайших русских поэтов.
В. Г. Белинский подчеркивал национальный характер творчества М. Ю. Лермонтова: это “поэт русский, народный, в высшем, благороднейшем значении этого слова”.
Любовь к родине — тема многих произведений М. Лермонтова: “Жалобы турка”, “Поле Бородина”, “Бородино”, “Два великана”. Но с особой художественной силой и полнотой она раскрывается в стихотворении “Родина”, созданном поэтом в 1841 году, за несколько месяцев до трагической гибели.
В этом произведении усиливается интерес к народной России. Необъяснимость лермонтовской “странной любви” к родине — “Не победит ее рассудок мой” — свидетельствует о новизне самого подхода к теме. Включая привычные для эпохи обоснования чувства родины (военная слава, “полный гордого доверия покой”, “темной старины заветные преданья” для Лермонтова являются высокими понятиями), поэт не отрицает, а полемизируя, занижает их значимость в новом мироощущении, которое открывается его лирическому герою. Если в стихотворении “Прощай, немытая Россия...”, написанном в том же году, трогательная любовь поэта к родине оборачивается горьким обличением ее современного состояния, то в “Родине” Лермонтов приближается к народному осмыслению любви к ней.
Восхищение родиной подтверждает поэт не только троекратным повтором слова “люблю”, но и картинами русской природы, которая является предпосылкой подлинного чувства Лермонтова.
Сначала автор рисует образ России с ее огромными просторами (дорога, пересекающая леса и степи) и величавыми картинами: “лесов безбрежных колыханье”, “разливы рек ее, подобные морям”, затем постигает ее в трепетных подробностях.

Люблю дымок спаленной жнивы,
В степи ночующий обоз
И на холме средь желтой нивы
Чету белеющих берез.


Удивительно точный выбор слова: не белые, а “белеющие”, как бы излучающие свет. Именно после Лермонтова символом России стала “чета белеющих берез”. “Дымок спаленной жнивы” — это еще одна примета родины, которую любит поэт.
Он пытается проникнуть “в тайну довольства народного”, тянется душой к крестьянской России, с “отрадой, многим незнакомой”, наблюдает за жизнью простых людей.
“Родина” — одно из немногих реалистических стихотворений поэта, в котором он отмечает неповторимые детали среднерусского пейзажа. Здесь как бы продолжены слова и мысли А. С. Пушкина из главы “Путешествие Онегина”:

Люблю песчаный косогор,
Перед избушкой две рябины,
Калитку, сломанный забор.


“Враждующая” сила природы, поэтически воссозданная Лермонтовым в ранней лирике, дополняется стремлением проникнуть в тайну народного бытия, разгадать высший смысл простой, органической жизни. Поэт здесь стоит у истоков проблемы, волновавшей последующие поколения лириков.
В стихотворении “Родина”, по словам Н. А. Добролюбова, автор “становится решительно выше всех предрассудков патриотизма и понимает любовь к отечеству истинно, свято и разумно”.
В этом лирическом произведении народ представлен целостно, собирательно и выступает как объект размышления. Суммарная формула “люблю отчизну я” как бы поглощает все единичные проявления этой любви. И даже в самой конкретности заключена известная обобщенность: “пляска с топаньем и свистом” при всей зримости образа — это все-таки и пляска вообще, знак народной России.
Идея стихотворения отразилась и в его композиции. В тексте можно выделить две структурные части, объединяющие “странную” любовь автора к отчизне.
Язык этого реалистического произведения сохраняет присущую ранним, романтическим стихотворениям Лермонтова выразительность. Поэт не отказывается от широкого использования красочных эпитетов, отражающих душевные переживания, от взволнованной речи, насыщенной вопросительными и восклицательными предложениями. Но автор применяет здесь меньше метафор, особенно развернутых. Его стих становится проще, живее, достигает естественной непринужденности разговорной речи. Отчизна для Лермонтова — в жизни народа, в его простом бытии, в его горестях и радостях.
Раскрывая в своем понимании родины те черты, которых уже коснулся А. С. Пушкин в романе “Евгений Онегин”, Лермонтов подготавливал разработку этой темы у Н. А. Некрасова и разными ее гранями уже предвосхищал творчество А. Блока, поэзию XX века.