Своеобразие лирики Н.А. Некрасова.


Н. А.
Некрасов пишет в то время, когда в русской
литературе безраздельно господствует
проза, в эпоху непоэтическую. Именно в такие
моменты поэту особенно важно определить
назначение поэта и роль поэзии в жизни,
оправдать необходимость своего творчества.
И Н. А. Некрасову приходится искать новую
аудиторию, новые направления в лирике.



Русская
поэтическая традиция создала два
устойчивых образа поэта: поэт-пророк и друг-стихотворец.
Н. А. Некрасов начинает с полемики с обоими
образами. Пророк осмеян еще в юношеских
стихах, но и второй образ явно не
соответствует некрасовским представлениям:



И поэтом,
баловнем свободы,



Другом лени
— не был никогда, —




говорит о
себе Н. А. Некрасов. Что же можно
противопоставить традиции? Н. А. Некрасов
первым начинает говорить о снижении роли
литературы, представляет поэзию тяжелым и
безрадостным трудом:



Праздник
жизни — молодости годы —



Я убил под
тяжестью труда...



Поэт у
Некрасова находится под игом обыденного, он
спускается с небес на землю, заходит в
подвалы, а потому он во всеуслышание
отрекается от поэтических атрибутов и
отказывается воспевать “красу долин, небес,
и моря, и ласку милой”.



Представления
Н. А. Некрасова о сущности и назначении
поэзии складывались в процессе творческого
общения с идеологами революционной
демократии Н. Г. Чернышевским, Н. А.
Добролюбовым, а также такими
прогрессивными писателями, как М. Е.
Салтыков-Щедрин, Л. Н. Толстой. Еще в ранний
период творчества Некрасов не сомневается:



Кто у одра
страдающего брата



Не пролил
слез, в ком состраданья нет,



Кто продает
себя толпе за злато,



Тот не поэт!



В 1852 году Н.
А. Некрасов пишет стихотворение “Блажен
незлобивый поэт...”. В нем отчетливо
противопоставлены два типа поэта
литературы того времени. С одной стороны, —
незлобивый поэт, примером которого для
Николая Некрасова был Василий Жуковский. В
нем “мало желчи, много чувства”, его лира
миролюбива:



Дивясь
великому уму,



Его не
гонят, не злословят,



И
современники ему



При жизни
памятник готовят...



Незлобивому
поэту противопоставляется образ поэта
мести и печали. Он, обличитель толпы,
вооружен сатирой, вместо одобренья его ждут
хулы и гоненья:



Питая
ненавистью грудь,



Уста
вооружив сатирой,



Проходит он
тернистый путь



С своей
карающею лирой.



Примером
такого человека для Н. А. Некрасова
становится Н. В. Гоголь. Так Н. А. Некрасов
заявляет о противоборстве в русской поэзии
эстетского и гражданского направлений и
отрицает “чистое искусство”.



В
стихотворении 1856 года эта тема нашла свое
развитие в диалоге между Поэтом и
Гражданином:



Ты знаешь
сам,



Какое время
наступило;



В ком
чувство долга не остыло,



Кто сердцем
неподкупно прям,



В ком
дарованье, сила, меткость,



Тому теперь
не должно спать... —



призывает
Гражданин — один из первых положительных
героев лирики Некрасова. Хандра, вялость
поэта не соответствуют эпохе, истинный поэт
не может существовать без тесной связи с
событиями общественной жизни. Н. А. Некрасов
полемизирует с поэтами, пропагандирующими
“чистое искусство”, и утверждает, что поэт
в первую очередь должен быть гражданином:



Поэтом
можешь ты не быть,



Но
гражданином быть обязан.



Монологи
Гражданина, обращенные к Поэту, проникнуты
глубоким патриотическим чувством, в них
звучит призыв к борьбе. Как сын не может
смотреть на горе и страдание матери, так и
поэт не может спокойно взирать на тяжелое
положение родины. И Гражданин
провозглашает высокий идеал служения
отечеству:



Иди в огонь
за честь отчизны,



За
убежденье, за любовь...



Иди и гибни
безупречно.



Умрешь не
даром: дело прочно,



Когда под
ним струится кровь...



У Н. А.
Некрасова также новое представление и о
главном поэтическом образе — Музе. Этот
образ появляется еще в первом поэтическом
сборнике Некрасова “Мечты и звуки”, но там
он традиционен, как традиционно и
представление о поэте. Зато уже в
стихотворении 1852 года “Муза” Н. А. Некрасов
пишет о том, что не видит перед собой “ласково
пою-Щей и прекрасной” Музы. Его Муза другая:



Но рано
надо мной отяготели узы



Другой,
неласковой и нелюбимой Музы,



Печальной
спутницы печальных бедняков,



Рожденных
для труда, страданья и оков...



Чрез бездны
темные Насилия и Зла,



Труда и
Голода она меня вела...



Так в
творчестве поэта появляется образ Музы “мести
и печали”. Возникает и новый аспект этой
темы: Муза Н. А. Некрасова — простая русская
женщина, сестра крестьянки, которую
избивают на Сенной площади, сестра народа (стихотворения
“Вчерашний день, часу в шестом...”, “О Муза!
наша песня спета”, “О Муза! я у двери гроба!”):



Не русский
— взглянет без любви



На эту
бледную, в крови,



Кнутом
иссеченную Музу...



Через
поэзию Некрасова проходит образ оратора,
трибуна. Его поэтическое “я” — это не
собирательный образ поэта, это именно сам Н.
А. Некрасов. Поэт часто одинок и находится в
постоянном конфликте с толпой, которая не
понимает и не принимает его стихов,
высмеивает поэта. Путь человека, решившего
служить народу, тяжел — он может остаться
для своих читателей безвестным, его клянет
толпа, не жалуют современники, да, этот путь
воистину тернист:



...свой
венец терновый приняла,



Не дрогнув,
обесславленная Муза



И под
кнутом без звука умерла.



Высшее
предназначение поэта Н. А. Некрасов видит в
беззаветном служении народу. Тема народа,
родины становится одной из важнейших тем
всего творчества поэта. Он уверен: до тех
пор, пока актуальна тема страданий народа,
художник не вправе ее забывать. Это
беззаветное служение людям — суть поэзии Н.
А. Некрасова. В стихотворении “Элегия”,
одном из самых любимых своих стихов,
Некрасов как бы подводит итог своему творчеству:



Я лиру
посвятил народу своему.



Быть может,
я умру неведомый ему,



Но я ему
служил — и сердцем я спокоен...