Характер состоит в способности
действовать по принципам.

Им. Кант

А.Н. Островский написал много пьес о купечестве. Они настолько правдивы и ярки, что Добролюбов называл их “пьесами жизни”. В этих произведениях жизнь купечества описывается как мир затаенной, тихо вздыхающей скорби, мир тупой, ноющей боли, мир тюремного, гробового молчания. А если и появляется глухой, бессмысленный ропот, то он замирает уже при своем рождении. Свою статью, посвященную разбору пьес Островского, критик Н.А. Добролюбов назвал “Темное царство”. Он высказал мысль о том, что самодурство купечества держится только на невежестве и покорности. Но выход будет найден, потому что в человеке нельзя уничтожить стремление жить достойно.
“Кто сумеет бросить луч света в безобразный мрак темного царства?” — спрашивал Добролюбов. Ответом на этот вопрос послужила новая пьеса драматурга “Гроза”.
Написанная в 1860 году, она и духом своим, и названием как бы символизировала процесс обновления общества, которое стряхивало с себя оцепенение. Гроза издавна была олицетворением борьбы за свободу. И в пьесе это не только явление природы, а яркий образ внутренней борьбы, начавшейся в темной жизни.
В произведении много действующих лиц. Главным из них является Катерина. Образ этой женщины не только самый сложный, он резко отличается от всех других. Недаром критик назвал ее “лучом света в темном царстве”. Чем же так отличается Катерина от других “жителей этого царства”?
В этом мире нет свободных людей! Ни самодуры, ни их жертвы такими не являются. Здесь можно обманывать, как Варвара, но жить по правде и совести, не кривя душой, нельзя.
Хотя Катерина воспитывалась в купеческой семье, дома она “жила, ни о чем не тужила, точно птичка на воле”. Но после замужества эта свободная натура попала в железную клетку самодурства.
В доме родителей Катерины всегда было много странниц и богомолок, рассказы которых (да и вся обстановка в доме) сделали ее очень религиозной, искренне верящей в заповеди церкви. Неудивительно, что свою любовь к Борису она воспринимает как тяжкий грех. Катерина в религии — “поэт” (по выражению одного горьковского героя), наделена ярким воображением и мечтательностью. Слушая различные истории, она как бы видит их наяву. Ей часто снились райские сады и птицы, а когда входила в церковь, видела ангелов. Даже речь ее музыкальна и напевна, напоминает народные сказания и песни.
Однако религия, замкнутая жизнь, отсутствие выхода для ее незаурядной натуры способствовали пробуждению в Катерине нездоровой чувствительности. Поэтому, когда во время грозы она услышала проклятия полоумной барыни, то стала молиться. Когда же увидела на стене рисунок “геенны огненной”, нервы не выдержали, и она призналась Тихону в своей любви к Борису.
Ее религиозность даже как-то оттеняет такие черты, как стремление к независимости и правде, смелость и решительность. Самодур Дикой и вечно попрекающая и жующая родных Кабаниха никогда не способны понять других людей. В сравнении с ними или с бесхарактерным Тихоном, лишь иногда позволяющим загулять на несколько дней, с ее возлюбленным Борисом, неспособным оценить истинную любовь, характер Катерины становится особенно привлекательным. Она не хочет и не может обманывать и прямо заявляет: “Обманывать-то я не умею; скрыть-то я ничего не могу”. Любовь к Борису — это все для Катерины: тоска по воле, мечты о настоящей жизни. И во имя этой любви она вступает в неравный поединок с “темным царством”. Она не воспринимает свой протест как возмущение против целой системы, даже не задумывается об этом. Но так устроено “темное царство”, что любое проявление независимости, самостоятельности, достоинства личности воспринимается им как смертный грех, как восстание против основ господства самодуров. Именно поэтому пьеса кончается смертью героини: ведь она не только одна, но и раздвоена внутренним сознанием своего “греха”.
Гибель смелой женщины — это не крик отчаяния. Нет, это нравственная победа над “темным царством”, сковывающим ее и других свободу, волю, разум. Самоубийство, по учению церкви, — непрощаемый грех. Но Катерина уже не боится этого. Полюбив, она заявляет Борису: “Коли я для тебя греха не побоялась, побоюсь ли я людского суда”. А последними ее словами были: “Друг мой! Радость моя! Прощай!”
Можно оправдывать или обвинять Катерину за ее трагическое решение, но нельзя не восхищаться цельностью ее натуры, жаждой свободы, решимостью. Смерть ее потрясла даже таких забитых людей, как Тихон, который в глаза обвиняет мать в гибели жены.
Значит, поступок Катерины был действительно “страшным вызовом самодурной силе”. Значит, в “темном царстве” способны рождаться светлые натуры, которые своей жизнью или смертью могут осветить это “царство”.