Дуэль Пьера с Долоховым. (Анализ эпизода из романа Л.Н.Толстого «Война и мир» т. II ч. I гл. IV, V)

После успешных действий русской армии под командованием князя Багратиона возле деревни Шенграбен, высший свет Москвы
признал его истинным героем. Известный граф Илья Ростов давал пир в его честь в Английском клубе. Он сам хлопотал о
приготовлениях к нему. «Ему было поручено от клуба устройство торжества для Багратиона, потому что редко кто умел так на
широкую руку, хлебосольно устроить пир, особенно потому, что редко кто умел и хотел приложить свои деньги, если они
понадобятся на устройство пира.»
Сам обед удался на славу. «На другой день, 3-го марта, во втором часу по полудни, 250 человек членов
Английского клуба 50 человек гостей ожидали к обеду доброго гостя и героя Австрийского похода, князя Багратиона.» Все
безмятежно обедали и вспоминали подвиги Багратиона. О Кутузове же и о проигрыше Аустерлицкого сражения почти не
вспоминали, а если и вспоминали, то говорили, что сражение, в основном, было проиграно из-за неопытности Кутузова. «Были
найдены причины тому неимоверному, неслыханному и невозможному событию, что русские были побиты, и все стало ясно, и во
всех углах Москвы заговорили одно и то же. Причины эти были: измена австрийцев, дурное продовольствие войска, измена
поляка Пршебышевского и француза Ланжерона, неспособность Кутузова, и (потихоньку говорили) молодость и неопытность
государя, верившего дурным и ничтожным людям.»
На этом обеде присутствовали Долохов с молодым Ростовым и Пьер, который был посажен напротив них. С самого
начала обеда Пьер был задумчив, мрачен и старался не смотреть в сторону Долохова. Причиной тому было анонимное письмо,
полученное Пьером «в котором было сказано…что он плохо видит сквозь свои очки, и что связь его жены с Долоховым есть
тайна только для его одного.» И действительно, причиной этому могло послужить то, что Долохов, приехав в отпуск,
поселился у своего старого знакомого Пьера и те цинические комментарии, которые он отпускал в сторону красавицы Элен,
жены Пьера. Весь вечер Пьер был задумчив, забывал поздороваться (в частности с молодым Ростовым), не услышал тоста за
здоровье государя императора. Весь обед он думал об этом письме и о жене. Он много ел и пил.
Переломным моментом обеда стал для Пьера тост Долохова «за красивых женщин и их любовников», а также то, что
записку, принесенную официантом Пьеру, выхватил Долохов и стал читать вслух. Нервы Пьера не выдержали. «Не смейте брать!
– крикнул он…Вы…вы…негодяй!.. я вас вызываю…» Долохов принял вызов. Дуэль была назначена на следующее утро, секундантом
Долохова был Ростов, Пьера – Несвицкий. Всю ночь Пьер не мог заснуть, в то время как молодой офицер был абсолютно
спокоен.
Утром следующего дня были сделаны соответствующие приготовления. «Пьер имел вид человека, занятого какими-то
соображениями, вовсе не касающимися предстоящего дела. Осунувшееся лицо его было желто.» Граф Безухов не умел стрелять.
Из-за необыкновенной доброты своего характера оружие ему было не нужно, он не умел пользоваться пистолетом, даже не умел
стрелять. «Вы мне скажите только, как куда ходить и стрелять куда?»
После счета «три» Пьер «быстрыми шагами пошел вперед, сбиваясь с протоптанной дорожки и шагая по цельному
снегу.» Долохов же шел уверенно и равномерно, как будто дело это было уже давно решено, несомненно, в его пользу.
Раздался выстрел, но другого выстрела не последовало. «Только слышны были торопливые шаги Долохова, и из-за дыма
показалась его фигура. Одною рукою он держался за левый бок, другой сжимал опущенный пистолет. Лицо его было бледно.»
Пьер, сперва не поняв что случилось, побежал, чуть не рыдая, к Долохову, но тот остановил его и приказал ему идти к
барьеру. Он ел холодный снег, чтобы заглушить боль, приподнялся и выстрелил, но промахнулся. Пьер даже не пошевелился и
не закрылся, открытой грудью стоял, смотря на Долохова.
«Глупо…глупо! Смерть…ложь – твердил Пьер морщась.» Он хотел убежать от всего этого, но Несвицкий остановил его
и повез домой. Раненого Долохова подняли на сани и повезли в Москву. И тут мы узнаем, что единственное, о чем жалеет
этот смутьян после дуэли, так это о своей матери. «Моя мать, мой ангел, мой обожаемый ангел, мать…Ростов узнал, что
Долохов, этот буян, бретёр – Долохов жил в Москве с старушкой-матерью и горбатою сестрой, и был самый нежный сын и брат.»
Для романа в целом эта сцена имеет огромное значение. Так мы узнали, что толстый добряк Пьер был способен в
нужные минуты проявить свой характер, свою силу, а буйный офицер Долохов, на самом деле, не имел ничего ценнее своей
семьи: матери и сестры.