ЖЕНСКИЕ
ОБРАЗЫ В РОМАНЕ Л.Н. ТОЛСТОГО “ВОЙНА И МИР”



Женская
тема занимает важное место в романе-эпопее
Л.Н. Толстого “Война и мир” (1863—1869).
Произведение — полемический ответ
писателя сторонникам женской эмансипации.
На одном из полюсов художественного
исследования находятся многочисленные
типы великосветских красавиц, хозяек
великолепных салонов в Петербурге и Москве
— Элен Курагина, Жюли Карагина, Анна
Павловна Шерер. Мечтает о собственном
салоне холодная и апатичная Вера Берг...


Светское
общество погружено в вечную суету. Толстой
обращает внимание в портрете красавицы
Элен на “белизну плеч”, “глянец волос и
бриллиантов”, “очень открытую грудь и
спину”, “не изменяющуюся улыбку”. Эти
детали позволяют художнику высветить
внутреннюю пустоту, ничтожность “великосветской
львицы”. Место подлинных человеческих
чувств занимает в роскошных гостиных
денежный расчет. Замужество Элен, избравшей
себе в мужья разбогатевшего Пьера, —
наглядное тому подтверждение. Толстой
показывает, что поведение дочери князя
Василия — не отклонение от нормы, а норма
жизни того общества, к которому она
принадлежит. В самом деле, разве иначе ведут
себя Жюли Карагина, имеющая благодаря
своему богатству достаточный выбор женихов;
или Анна Михайловна Друбецкая,
пристраивающая сына в гвардию? Даже у
постели умирающего графа Безухова, отца
Пьера, Анна Михайловна испытывает не
чувство сострадания, а страх, что Борис
останется без наследства.


Толстой
показывает великосветских красавиц и в “семейном
быту”. Семья, дети не играют в их жизни
существенной роли. Элен кажутся смешными
слова Пьера о том, что супругов могут и
должны связывать чувства сердечной
привязанности, любви. Графиня Безухова с
отвращением думает о возможности иметь
детей. С удивительной легкостью она бросает
мужа. Элен

это концентрированное проявление
мертвящей бездуховности, пустоты,
суетности. Ничтожности жизни “светской
львицы” вполне соответствует заурядность
ее смерти.


Излишняя
эмансипированность, по мнению Толстого,
приводит женщину к неправильному пониманию
собственной роли. В салонах Элен и Анны
Павловны Шерер звучат политические споры,
суждения о Наполеоне, о положении русской
армии... Таким образом, великосветские
красавицы утратили главные черты, которые
присущи настоящей женщине. Напротив, в
образах Сони,
княжны
Марьи, Наташи Ростовой сгруппированы те
черты, которые составляют тип “женщины в
полном смысле”.


Вместе с
тем Толстой не пытается создавать идеалы, а
берет жизнь “так, как она есть”. В самом
деле, мы не найдем в произведении “сознательно-героических”
женских натур, подобных тургеневской
Марианне из романа “Новь” или Елене
Стаховойиз “Накануне”. Отличается и сам
способ создания женских образов Толстого и
Тургенева. Тургенев-реалист был
одновременно романтиком в изображении
любви. Вспомним финал романа “Дворянское
гнездо”. Лаврецкий посещает отдаленный
монастырь, куда скрылась Лиза. Перебираясь
с клироса на клирос, она проходит мимо него
походкой монахини, “...только ресницы
обращенного к нему глаза чуть-чуть дрогнули...
Что подумали, что почувствовали оба? Кто
узнает? Кто скажет? Есть такие мгновения в
жизни, такие чувства... На них можно только
указать — и пройти мимо”. Надо ли говорить,
что любимые героини Толстого лишены романтической приподнятости? Женская
духовность заключается не в
интеллектуальной жизни, не в увлечении Анны
Павловны Шерер, Элен Курагиной, Жюли
Карагиной политическими и другими “мужскими
вопросами”, а исключительно в способности
к любви, в преданности семейному очагу. Дочь,
сестра, жена, мать — вот основные жизненные
положения, в которых раскрывается характер
любимых героинь Толстого. Этот вывод может
вызвать сомнение при поверхностном чтении
романа. Действительно, мы видим патриотизм
княжны Марьи и Наташи Ростовой в период
французского нашествия, видим нежелание
Марьи Волконской воспользоваться
покровительством французского генерала и
невозможность для Наташи остаться в Москве
при французах. Однако связь женских образов
с образом войны в романе более сложная, она
не исчерпывается патриотизмом лучших
русских женщин.
Толстой
показывает, что понадобилось историческое
движение миллионов людей, чтобы герои
романа — Марья Волконская и Николай Ростов,
Наташа Ростова и Пьер Безухов — смогли
найти путь друг к
другу.


Любимые
героини Толстого живут сердцем, а не умом.
Все лучшие, заветные воспоминания Сони
связаны с Николаем Ростовым: общие детские
игры и шалости, святки с гаданием и ряжеными,
любовный порыв Николая, первый поцелуй...
Соня сохраняет свою верность любимому,
отклоняя предложение Долохова. Она любит
безропотно, но отказаться от своей любви
она не в силах. И после женитьбы Николая
Соня, конечно же, продолжает любить его.
Марья Волконская с ее евангельским
смирением особенно близка Толстому. И все
же именно ее образ олицетворяет торжество
естественных человеческих потребностей
над аскетизмом. Тайно мечтает княжна о
замужестве, о собственной семье, о детях. Ее
любовь к Николаю Ростову — высокое,
духовное чувство. В эпилоге романа Толстой
рисует картины семейного счастья Ростовых,
подчеркивая этим, что именно в семье обрела
княжна Марья подлинный смысл жизни.


Любовь
составляет сущность жизни Наташи Ростовой.
Юная Наташа всех любит: и безропотную Соню,
и мать-графиню, и отца, и Николаями Петю, и
Бориса Друбецкого. Сближение, а затем
разлука с князем Андреем, сделавшим ей
предложение, заставляют внутренне страдать
Наташу. Переизбыток жизни и неопытность —
источник ошибок, необдуманных поступков
героини, доказательством тому история с
Анатолем Курагиным.


Любовь к
князю Андрею с новой силой пробуждается в
Наташе после отъезда из Москвы с обозом, в
котором оказывается и раненый Болконский.
Смерть князя Андрея лишает жизнь Наташи
смысла, но известие о гибели Пети
заставляет героиню преодолеть собственное
горе, чтобы удержать старушку мать от
безумного отчаяния. Наташа “думала, что
жизнь ее кончена. Но вдруг любовь к матери
показала ей, что сущность ее жизни — любовь
— еще жива в ней. Проснулась любовь, и
проснулась жизнь”.


После
замужества Наташа отказывается от светской
жизни, от “всех своих очарований” и
всецело отдается семейной жизни.
Взаимопонимание супругов основано на
способности “с необыкновенною ясностью и
быстротой понимать и сообщать мысли друг
друга, путем противным всем правилам логики”.
Таков идеал семейного счастья. Таков
толстовский идеал “мира”.


Мне кажется,
что мысли Толстого о подлинном
предназначении женщины не устарели и в наши
дни. Конечно, заметную роль в сегодняшней
жизни играют люди, посвятившие себя
политической, общественной или
профессиональной деятельности. Но все же
многие наши современницы выбрали для себя
любимых героинь Толстого. Да и так ли уж это
мало — любить и быть любимой?!