И чем случайней, тем вернее
Слагаются стихи навзрыд.

Б. Пастернак

Афанасий Афанасьевич Фет — прекрасный лирик, сказавший свое неповторимое и самобытное слово в классической русской литературе.
Поэзия Фета одухотворена великой любовью к России, ее природе, людям. В его стихах звучит радость бытия, гармония окружающего мира:

Я пришел к тебе с приветом,
Рассказать, что солнце встало,
Что оно горячим светом
По листам затрепетало.


Поэт импровизирует, ищет новые формы и ритмы. Гению подвластно все, и он это понимает:

Тем велико твое назначенье
Между братии, поэт-гражданин,
Что без терний свое поученье
Насадить ты способен один.


Фет ведет поиск в области формы, он называет свои стихи “в растрепанном роде”, но именно этот стиль придает поэзии Фета неповторимость, индивидуальность, свежесть и красоту.

Как мошки зарею,
Крылатые звуки толпятся;
С любимой мечтою
Не хочется сердцу расстаться.


Природу поэт чувствует изнутри. Он как бы видит ее своим сердцем. Эта связь настолько органична, что кажется не поэт, а сама природа говорит его устами. Только человек, безгранично любящий и понимающий свою землю, может так о ней писать, как пишет Фет.

Поздним летом в окна спальной
Тихо шепчет лист печальный,
Шепчет не слова;

Но под легкий шум березы
К изголовью, в царство грезы
Никнет голова.


Поэт прекрасно понимает свою высокую миссию в мире и готов за это платить своей жизнью. Ведь только страдая, пропуская через свою душу все события, он поверяет их стихам. Так рождается прекрасная поэзия.

Шепнуть о том, пред чем язык немеет,
Усилить бой бестрепетных сердец

Вот чем певец лишь избранный владеет.
Вот в чем его и признак и венец!


Но поэзия прекрасна еще и сама по себе: она очаровывает звуками, музыкальностью, необычным ритмом и порядком слов. Из стихотворения можно убрать все глаголы, но оно не потеряет динамики, а обретет дополнительную волшебную силу, которая год от года становится больше.

Шепот, робкое дыханье,
Трели соловья.
Серебро и колыханье
Сонного ручья.

Свет ночной, ночные тени.
Тени без конца,
Ряд волшебных изменений
Милого лица...


Будучи тонким лириком, Фет отдает дань любовной теме. Причем эти стихи настолько напевны изначально, что композиторы не могли этого не заметить: многие из них стали романсами.

Сияла ночь. Луной был полон сад.
Лежали Лучи у наших ног в гостиной без огней.
Рояль был весь раскрыт, и струны в нем дрожали,
Как и сердца у нас за песнею твоей.


Со временем Фет приходит к философской лирике, сближаясь в своих мыслях с позицией Тютчева. Поэт поет славу человеку, вечному огню духа, который живет в нем. Это гимн, пропетый торжественно и звучно:

Не тем. Господь, могуч, непостижим
Ты пред моим мятущимся сознаньем,
Что в звездный день твой светлый серафим
Громадный шар зажег над мирозданьем.


Нет, ты могуч и мне непостижим
Тем, что я сам, бессильный и мгновенный.
Ношу в груди, как оный серафим,
Огонь сильней и ярче всей Вселенной.


В этом стихотворении несколько архаичный язык, он придает произведению возвышенный стиль. Главной загадкой для Фета оказывается не тайна мироздания, а тайна человеческого духа и огня, который “сильней и ярче всей Вселенной”. Для читателя это оказывается отчасти неожиданным, но и привлекательным, основной приметой истинной поэзии.
Исполнено философской глубины и стихотворение “Смерть”:

“Я жить хочу!
кричал он, дерзновенный,
Пускай обман! О, дайте мне обман!”
Ив мыслях нет, что это лед мгновенный,
А там, под ним, бездонный океан.


Когда поэт создавал эту трагическую элегию, он едва ли находился под влиянием какой-либо философии. И в этом его поэтическая сила. Фет в своей поэзии поднимает и решает вечные вопросы, вот почему она не стареет и интересна нам так же, как и его современникам, когда-то впервые читавшим его строки.

Не жизни жаль с томительным дыханьем.
Что жизнь и смерть? А жаль того огня,
Что просиял над целым мирозданьем,
И в ночь идет, и плачет, уходя.