Удалось ли Давыдову и Нагульному "поднять" нравственную "целину" гремяченцев?
I Роман - книга о коллективизации.
II Нравственныйоблик крестьян.
1) возвышение морального облика.
2) падение морального облика.
III Роман Шолохова - мечта о счастливом будущем.
Первая книга романа Михаила Александровича Шолохова "Поднятая целина" вышла в 1932 г., вторая была закончена в конце 1959г. В романе развиваются события, которые происходили на Дону в самый разгар коллективизации. Создавая "идиллию" колхозной жизни, выдавая желаемое за действительное, Шолохов тем не менее, зная не понаслышке обстановку в Ростовской области, сумел сказать о коллективизации правду, пусть неполную. Начинается коллективизация в хуторе Гремячий Лог под руководством двадцатипятитысячника Семена Давыдова, рабочего Краснопутиловского завода, приехавшего по зову партии, чтобы привести "крестьянина на пролетарском буксире к социализму.
Многое в романе кажется противоречивым, но зачастую закономерным. С одной стороны мы видим, как меняется нравственный облик казаков. Давыдов старается воздействовать на сознание сельчан своим собственным примером, когда ставит рекорд на самой трудной сельской работе - пахоте: "Умру на пашне, а вспашу десятину с четвертью!", задев этим самолюбие казаков. После этого даже Антип Грач, самый забитый бедностью и неудачами казак, вспахал столько же и почувствовал уважение к себе. Конечно, велика сила примера самого руководителя, человека идейно убежденного, честного, бескорыстного. За несколько месяцев изменилось сознание крестьян: стали казаки трудиться на колхозном поле не за страх, а за совесть. Примером для них служит Кондрат Майданников, совестливый и трудолюбивый человек, который "колхозную копейку уронит, а две поднимет".
С другой стороны - нравственное падение человека. Необходимость расстаться с кровным, нажитым, с теми, кого ты кормил и кто кормил тебя, оборачивается крушением мира для казаков. И как бы в предчувствии конца света, они начинают уничтожать стельных коров и овец, молодняк. В сцене раскулачивания Гаева Шолохов показал окончательное падение людей. Беднота, дорвавшаяся, наконец, до чужого добра, бесчинствует. С упавшего старика Лапшинова Демид Молчун стянул валенки и надел на себя. Ушаков рвал из рук хозяйки гусыню до тех пор, пока не оторвал голову. Любшин щеголяет в шароварах, отобранных у соседа, а жена Ушакова в новой юбке, снятой с кулацкой девки, а детишки их получили одежонку, возможно, с детей Гаева. Даже Андрей Разметнов, председатель сельсовета, отказывается идти раскулачивать, "с детишками воевать". "Разве это дело!Е Пришли мы - как они взъюжалисьЕНа мне ажник волос ворохнулся!ЕБабы - по-мертвому, водой отливали снохуЕдетей"- говорит он. И так в каждой семье раскулаченных.. Так на практике осуществлялся социалистический гуманизм, который, отвергая общечеловеческие ценности, носил классовый характер - любовь к человеку социально близкому и ненависть к классовому врагу, даже к детям которого не допускалось сострадание: "А они нас жалели?"- кричит Давыдов, вспоминая свое детство. Нагульнов же в припадке ненависти говорит Разметнову: " Жалеешь? Да я..тысячи станови зараз дедов, детишек, баб..Да скажи мне, что надо их в распылЕДля революции надоЕЯ их из пулеметаЕвсех порешу!" Нагульнов готов все проблемы решать при помощи револьвера: наганом бьет единоличника Банника по голове, заставляя везти свое семенное зерно в общественный амбар, в другой раз с наганом в руках обороняет колхозный амбар от бунтующих баб. Таким образом, грабеж, присвоение чужого были официально разрешены и одобрены, давали законные основания для проявления самых низменных чувств и устремлений - зависти, стяжательства, давая выход злобе, мстительности, т.е. освобождая от моральной ответственности каждого соучастника творимого преступления. Это можно объяснить, но не оправдать, отчасти тем, что обращение людей в иную веру - "колхоз", часто сопровождающееся насильственными методами, требование отказаться от веры в бога, не посещать церковь, которая для русского народа всегда была неотъемлемой частью жизни, поломало привычный стиль жизни, моральные устои. Отчасти тем, что тогда многие, особенно молодежь, с оружием в руках защищая власть Советов, думали, что путь в счастливое будущее лежит через насилие и кровь. Мне кажется, что идея коллективизации потерпела не только физический, но и моральный крах.
Многое критики сейчас спорят, изменил ли талант Шолохову, в своем романе он написал полуправду. Мне кажется, людям свойственно идеализировать действительность, когда они хотят, чтобы было как лучше. Шолохов не избежал этой участи. Заканчивая роман, Шолохов утверждает веру в новую жизнь, мечту о лучшем: "Еза невидимой кромкой горизонта алым полымем озарялось сразу полнеба, и, будя к жизни засыпающую природу, величавая и буйная, как в жаркую летнюю пору, шла последняя в этом году гроза".